Иконография на Руси

Иконография св. Димитрия Солунского на Руси

имела широкое распространение. Ее особенности заключались в неравномерности развития и отсутствии ряда популярных в Византии и на Балканах иконографических вариантов и в появлении мотивов, неизвестных византийскому искусству. Древнейшие примеры изображений святого, относящиеся к XI-XII вв., как правило, принадлежат к типу св. Димитрия-воина, что, очевидно, было связано с его особым почитанием князьями из дома Рюриковичей и их окружением. Самое раннее изображение св. Димитрия - роспись на одном из столпов собора Святой Софии в Киеве (40-е гг. XI в.): несмотря на отсутствие надписи, на это указывают иконографические признаки святого, который представлен зрелым мужем с небольшими усами. Распространение этого извода в искусстве домонгольского периода может быть связано с почитанием св. Димитрия как воина, а также как тезоименитого святого ряда князей, в частности сына князя Ярослава Мудрого Изяслава (Димитрия). Этот князь, по-видимому, способствовал становлению почитания св. Димитрия: в 60-х гг. XI в. им был построен один из первых известных на Руси храмов во имя святого - собор Димитриевского монастыря в Киеве, который мог иметь почитаемый храмовый образ и, вероятно, росписи с циклом Жития св. Димитрия. Почитание святого князем Изяславом нашло отражение в иконографии его печатей (с погрудным изображением святого в виде воина), а также, вероятно, в шиферном рельефе 2-й половины XI в., найденном на территории Михайловского Златоверхого монастыря в Киеве (ГТГ). Он входил в серию рельефных изображений святых воинов-всадников, возможно украшавших фасады утраченного храма: фигуры двух едущих навстречу друг другу всадников, один из которых поражает копьем воина в доспехах, а другой воздевает правую руку. Хотя определение этих изображений, не имеющих надписей, вызывает споры, один из всадников, воин с усами, может быть св. Димитрий(справа), а второй скорее всего Нестор, побивающий Лия. Предположение А. И. Некрасова, поддержанное Г. В. Сидоренко, что правый всадник - князь Изяслав, изображенный вместе со своим св. патроном, выглядит малоубедительным.

Раннее почитание св. Димитрия в Киеве, поддерживавшееся в семье князя Изяслава, отражает еще один значительный памятник - мозаичный образ святого 1108-1113 гг., находившийся на южной лопатке северо-восточного столпа Михайловского собора Златоверхого монастыря (ныне в ГТГ). Фигура св. Димитрия, обращенная к алтарю, располагалась в том же регистре, что и композиция «Евхаристия», напротив изображения архидиакона Стефана. Из необычного размещения фигуры воина в алтарной зоне, напротив хор, некоторые исследователи сделали вывод о том, что св. Димитрий представлен как тезоименитый святой князя Изяслава - отца строителя Михайловского собора князя Святополка. В. Н. Лазарев сопоставил киевскую мозаику с изображением того же святого в алтарном пространстве собора в Чефалу, Сицилия, однако аналогия не кажется убедительной, так как программа мозаик сицилийского храма не соответствует византийской традиции. Нельзя исключить, что важное для киевских князей патрональное значение образа сочеталось с его осмыслением в контексте Крестной жертвы и подражания мучеников Христу. Мозаика Михайловского собора является ранним примером размещения фигур святых воинов на храмовых столпах. Атрибуты св. Димитрия (копье в правой руке, в левой - щит, на который святой опирается) типичны для произведений средневизантийского периода; тип сурового лика с короткой бородкой и тонкими усами, относится к варианту, известному в византийском искусстве и, видимо, ставшему на Руси традиционным.

Изображения св. Димитрия могли существовать и в других храмах домонгольского времени (Спасский собор Мирожского монастыря, церковь Спаса на Нередице), но были утрачены или пока не выявлены. Некоторое представление о русской иконографии той эпохи могут дать резные каменные иконки, где преобладает образ воина: изображение с копьем и мечом на овальной иконке рубежа XII и XIII вв. (НГОМЗ); изображение в рост на иконке того же времени (Музей в Каменце-Подольском, Украина), где традиционная иконография святого, опирающегося на щит и держащего копье, дополнена фигурами двух ангелов, один из которых подносит святому меч, а другой протягивает руки к нимбу (очевидно, в прототипе этого произведения второй ангел держал мученический венец). Иконка из Каменца-Подольского, прославляющая св. Димитрия как мученика и Христова воина, вероятно, восходит к иконе, созданной по княжескому заказу. К типу воина (с копьем и щитом) относится рельефная фигура святого в аркатурно-колончатом поясе Георгиевского собора в Юрьеве-Польском (30-е гг. XIII в.). Редкие примеры образа св. Димитрия-мученика, который в домонгольское время, очевидно, применялся в основном при украшении иконных окладов и предметов богослужебной утвари,- фигура на чеканном окладе иконы апостолов Петра и Павла из новгородского Софийского собора (2-я половина XI в., НГОМЗ) и эмалевая дробница оклада Мстиславова Евангелия XII в. (ГИМ; на парной дробнице - образ св. великомученика Георгия).

Существуют свидетельства того, что в XII-XIII вв. на Руси были широко известны отвечавшие княжеской идеологии изображения св. Димитрия-воина на престоле. В их распространении, очевидно, особую роль сыграл Владимирский великий князь Всеволод Большое Гнездо, в крещении носивший имя Димитрий. Со временем его правления традиционно связывают происходящую из Успенского собора в Дмитрове икону (начало XIII в., ГТГ), на которой святой представлен восседающим на престоле и вынимающим меч из ножен; в левом верхнем углу - благословляющий Христос, в правом - летящий ангел с мученическим венцом (существующее изображение ангела относится к 1-й половине XVI в., но, видимо, повторяет первоначальное). Суровый облик святого (с усами и бородой) и внушительность его жестов вносят в произведение оттенок особой торжественности, вероятно отвечавшей условиям княжеского заказа. Не исключено, что к тому же изводу принадлежал образ св. Димитрия из Димитриевского придела московского Успенского собора, известный по описи начала XVII в. («Образ Дмитрея Селунского в киоте, обложен серебром… а венец у Дмитрея Селунскаго да у Архангела и оплечье и подпись серебрены резные с чернью… А нет на том образе… у Спасова образа венца серебряного…» - Описи Московского Успенского собора от начала XVII в. по 1701 г. включительно // РИБ. Т. 3. Стб. 365, 521, 858). Эта икона, дата создания к-рой неизвестна, как и икона XVI в. под записью начала XVIII в. из Великого Устюга (ВУИАХМЗ), служит косвенным свидетельством распространения типа св. Димитрия на престоле в искусстве Северо-Восточной Руси домонгольского и послемонгольского времени. Упрощенный вариант данного типа представлен также каменной иконкой XII в. (ГИМ). Тема наполовину извлеченного из ножен меча нашла отражение и в произведениях с изображением стоящего св. Димитрия, также связанных с Владимиро-Суздальским княжеством. Это печати, которые В. Л. Янин приписывает князю Всеволоду-(Димитрию) (1212-1238) - сыну великого князя Георгия Всеволодовича; М. В. Седова считает их печатями великого князя Всеволода Большое Гнездо. К ним примыкает икона XIII-XIV вв. (с живописью XVII-XIX вв.) из Владимиро-Суздальского музея-заповедника (ныне в ЦМиАР), на которой святой обеими руками держит меч. Эти произведения принадлежат к иконографической традиции, известной в византийском искусстве XI-XII вв. Различные варианты образа св. Димитрия-воина имеются на печатях других князей конца XII - 1-й трети XIII в., связанных с Владимиро-Суздальской землей,- Ярослава Владимировича (в рост и на престоле), Ярослава и Святослава Всеволодовичей (в рост).

На развитие русской иконографии св. Димитрия особенно сильно должно было повлиять возведение и украшение дворцового храма великого князя Всеволода Большое Гнездо - собора во имя св. Димитрия во Владимире (90-е гг. XII в.), задуманного как символическая копия фессалоникийской базилики и хранилище реликвий святого - мироточивой «гробной доски» и «сорочки». В соответствии с традицией, известной по ряду русских памятников домонгольского времени, в состав созданных тогда же росписей собора мог быть включен цикл Жития св. Димитрия.Рельефное изображение святого, скачущего на коне, очевидно, присутствует на южном фасаде храма, в ряду изображений других святых воинов-всадников, в том числе русских князей Бориса и Глеба (М. С. Гладкая считает, что он представлен дважды: на западном фасаде - вместе со св. Нестором и на южном фасаде - с мечом в руке). Композиция в люнете восточной закомары северного фасада собора, которую считают портретом великого князя Всеволода с детьми, изображением Иессея с Давидом, Давида с Соломоном или Иосифа с братьями, возможно, является изображением св. Димитрия на престоле с вверяемыми его покровительству детьми (символический образ княжеской семьи или человеческого рода?), повторяющим ранние вотивные мозаики базилики в Фессалонике, известные бывавшему там великому князю Всеволоду. С Димитриевским собором во Владимире, очевидно, связан и древний образ из московского Успенского собора, отождествляемый исследователями с «гробной доской», принесенной из Фессалоники (Смирнова. 1999. С. 220-254). Первоначальная живопись, созданная в Фессалонике или во Владимире, не сохранилась, но существующее изображение, созданное в 1701 г. Кириллом Улановым «по древнему начертанию», повторяет старую иконографию (о чем также свидетельствуют памятники, выполненные ранее этого поновления: список 1586, заказанный Д. И. Годуновым для Ипатьевского монастыря в Костроме (ГИМ), и пядничная икона рубежа XVI-XVII вв. (СПГИАХМЗ). Икона из Димитриевского собора продолжает иконографическую традицию комниновского времени, но вносит в нее необычный акцент: поверх доспехов святого кроме сложно задрапированного плаща надета тонкая туника, которая, возможно, ассоциировалась с почитавшейся в Фессалонике и во Владимире «сорочкой» св. Димитрия, сохраненной его слугой св. мучеником Луппом. Иконе из Владимира аналогична фреска в церкви Спасителя в монастыре Жича, Сербия (роспись 1309-1316, в основе 1220).

Уже к началу XIII в. в русском искусстве сложился особый вариант иконографии святого, представленного в виде воина, с мечом перед грудью, но с атрибутом мученика - крестом в правой руке. Такие поясные изображения помещены на валиках западных и южных врат Рождественского собора в Суздале (рубеж XII и XIII вв. или 20-е гг. XIII в.), причем в обоих случаях образ св. Димитрия-воина сопоставлен с размещенной выше фигурой св. великомученика Георгия в мученических одеждах. В дальнейшем этот тип, как и аналогичные образы св. Георгия, использовался в новгородском искусстве - в изображениях на полях иконы «Спас на престоле» из собрания А. И. Анисимова (2-я половина XIII в., ГТГ) и иконы святителя Николая Чудотворца из Николо-Липенской церкви в Новгороде (1294, НГОМЗ). Подобный извод, отчасти напоминающий «компромиссные» изображения святого, существовавшие в византийском искусстве XIII-XIV вв., очевидно, был параллелью русской иконографии князей-мучеников Бориса и Глеба, чье почитание в Вышгороде издавна сопоставлялось с почитанием св. Димитрия в Фессалонике.

Памятники XIV в. немногочисленны и разрозненны, хотя в этот период продолжали возводиться или перестраиваться храмы св. Димитрия (придел Успенского собора в Москве, церковь на Славкове ул. в Новгороде и др.), а имя святого по-прежнему входило в княжеский именослов. Изображения св. Димитрия встречаются в росписях новгородских храмов. В церкви Успения на Волотовом поле (80-е гг. XIV в.) со св. Димитрием можно отождествить фигуру святого воина на южной арке под хорами (Вздорнов Г. И. Волотово: Фрески церкви Успения на Волотовом поле близ Новгорода. М., 1989. № 149; опубликовано как изображение неизвестного святого), в паре с которым на северной арке был представлен другой воин (Там же. № 150), очевидно св. великомученик Георгий; возможно, св. Димитрий изображен и на южной стене церкви св. великомученика Феодора Стратилата на Ручью (последняя треть XIV в.). В состав росписи церкви Спаса на Ковалёве (1380) входил образ св. Димитрия, сидящего на престоле перед стенами Фессалоники,- композиция, отражающая фессалоникийскую традицию. Судя по иконографическим признакам, тот же святой (хотя нельзя исключить, что это св. великомученик Георгий) представлен в донаторской композиции в росписи церкви в честь Рождества Христова в Довмонтовом городе Пскова (кон. XIV в., ГЭ): святой воин в молении Христу, за ним - князь или посадник. Характерный для палеологовского искусства образ св. Димитрия-воина нашел отражение и в русской пластике, например: на иконке XIII-XIV вв. (ГИМ) - в рост; в изображении на обороте иконки Святой Троицы из собрания И. С. Остроухова (рубеж XIII и XIV вв., ГТГ) - в рост, между святителями Николаем Чудотворцем и Василием Великим; на каменной иконке из Владимира (конец XIV в., ГММК) - поясное изображение, с воздетым мечом в правой руке, на обороте - св. великомученик Георгий. По мнению А. В. Рындиной, изображением св. Димитрия является плохо сохранившаяся резная фигура святого воина рубежа XIV и XV вв. (ГММК), обнаруженная в 1918 г. на чердаке синодальной конторы; она же предполагает, что образ происходит из Димитриевского придела Успенского собора Московского Кремля (по мнению других исследователей, это изображение св. великомученика Георгия). Иконография св. Димитрия-всадника представлена иконкой XIV в. (РИАМЗ) с фигурами великомучеников Георгия и Димитрия на конях.

В конце XIV- начале XV вв. в разных регионах Руси были распространены изображения св. Димитрия, держащего в левой руке рукоятью вверх меч, а в правой - крест. На шитом воздухе княгини Марии (1389, ГИМ) святой представлен без доспехов; очевидно, он изображен как небесный покровитель князя Димитрия Донского (рядом св. равноапостольный великий князь Владимир - патрон князя Владимира Андреевича Серпуховского). К варианту с доспехами относятся некоторые поясные изображения, композиционно близкие к византийским иконам палеологовского периода: фигура в верхнем регистре в паре с аналогичным изображением св. великомученика Георгия на новгородской иконе «Рождество Богородицы» (рубеж XIV и XV вв., ГТГ); псковская икона с масштабно выделенным крестом (2-я четверть - середина XV в., ГРМ); среднерусская икона (конец XV в., собрание В. А. Бондаренко). Одновременно создавались композиционно близкие изображения святого в мученических одеждах: на иконах (новгородская икона 2-й половины XV в., Музей икон в Рекклингхаузене; икона-таблетка 2-й половины XV в. из Троице-Сергиевой лавры, СПГИАХМЗ - с фигурами св. Димитрия, Никиты и Георгия); на медальонах (парно св. великомученику Георгию) выносных крестов XV-XVI вв. (крест рубежа XV и XVI вв. из погоста Лядины Каргопольского района Архангельской области, ГЭ; крест начала XVI в., ЧерМО, и др.); на полях многочисленных икон (главным образом из среднерусских и северных земель) с центральным изображением, окруженным образами наиболее почитаемых святых в иерархическом порядке (икона святителя Николая Чудотворца из церкви св. Жен-мироносиц во Владимире, ГВСМЗ; икона Божией Матери «Умиление» из с. Нёнокса Архангельской области, АМИИ); в памятниках последней группы встречаются также изображения св. Димитрия-мученика в молитвенной позе («Богоматерь Умиление с избранными святыми» из Покровского монастыря в Суздале, середина XV в., ГВСМЗ) и фронтальные изображения в виде воина (икона святителя Николая Чудотворца из Сольвычегодска, 1-я половина XVI в., АМИИ).

В XV-XVI вв. образ св. Димитрия-мученика встречается прежде всего в произведениях с достаточно сложной программой, предполагавшей разделение святых по чинам святости (то есть св. Димитрий как великомученик должен был изображаться с атрибутами мученика, а не воина). Тот же принцип нашел отражение в ряде новых для русского искусства композиций, распространившихся с XV в. Кроме икон «Покров Богоматери» и «О Тебе радуется», где св. Димитрий и св. великомученик Георгий обычно изображаются вместе с другими мучениками в хитоне и плаще (икона «О Тебе радуется» конца XV в. из Успенского собора в Москве, ГММК; икона 1-й трети XVI в. из Успенского собора в Дмитрове, ГТГ), это ростовые деисусные чины иконостасов, появившиеся в Москве на рубеже XIV и XV вв. и в последствии известные во всех крупнейших художественных центрах Руси - Новгороде, Пскове, Ростове и Твери.

Уже в старейший сохранившийся ансамбль такого рода - деисусный чин конца XIV - начала XV в., находящийся ныне в Благовещенском соборе Московского Кремля, вошли фигуры великомучеников Георгия и св. Димитрия, которые изображены как наиболее почитаемые представители лика мучеников (версия о включении этих изображений в деисусный чин в связи с почитанием святых как небесных покровителей московского княжеского рода не может быть единственным объяснением). В деисусном чине Благовещенского собора св. Димитрий представлен по левую руку Христа, его изображение симметрично образу св. великомученика Георгия вплоть до трактовки одеяний. В деисусном чине икона св. Димитрия может располагаться как справа от Христа (икона из Успенского собора Кириллова Белозерского монастыря, около 1497, КБМЗ), так и слева (икона из с. Бородава Вологодской области, 1485, ЦМиАР; икона из Рождественского собора Ферапонтова монастыря, около 1502, ГТГ). Устойчивая традиция включения образов этих святых в деисусные композиции сохранялась и позднее. Уже в XV в. она была известна в иконописи Западной Украины (деисусные чины из сел Далёва (ныне на территории Польши) и Мшана Львовской области, Национальный музей, Львов), что может объясняться ее возникновением в эпоху единой Русской митрополии. В западноукраинской иконописи на этой основе возник редкий вариант деисусной иконографии мучеников со свитками, на которых начертаны богослужебные песнопения, прославляющие Христа,- «мучеников Веселие и Радость» (иконы из с. Стрелки Львовской области, конец XV в., Национальный музей, Львов).

Варианты иконографии св. Димитрия-воина, восходящие к византийским произведениям палеологовского времени, в русском искусстве XV-XVI вв. представлены рядом икон с ростовым изображением: иконой из собрания Н. П. Лихачёва (начало XV в., ГРМ) - св. Димитрий извлекает из ножен меч; небольшой иконой-врезкой из собрания Мараевых (1-я половина XV в., ГТГ) - парной иконе св. великомученика Георгия; изображением в среднике житийной иконы из с. Поникарова (позднее - в с. Гуменец) близ Ростова (рубеж XV и XVI вв., ГМЗРК) - св. Димитрий с обнаженным мечом в правой руке; 2-частной иконой с композицией «Огненное вознесение прор. Илии» и фигурой св. Димитрия, происходящей с погоста Лядины Каргопольского района (1-я половина XVI в., ГЭ); иконой «Димитрий Солунский и преподобный Антоний Сийский» (2-я половина XVI в., МИИРК); изображением на сударе из Ипатьевского монастыря, вероятно вклад Д. И. Годунова (90-е гг. XVI в., ГММК); иконой из Успенского собора в Дмитрове (10-20-е гг. XVII в., ЦМиАР) и др. (в ряде произведений этого типа св. Димитрий держит мученический крест). Изображения св. Димитрия-воина встречаются на мерных иконах царских детей: царевичейДимитрия Иоанновича Угличского (образ в основных чертах повторяет древнюю икону из Димитриевского собора во Владимире) и Димитрия Алексеевича (обе в ГММК); в XVII в. возникла основанная на этой патрональной теме традиция совместного изображения св. Димитрия Солунского и св. царевича Димитрия Угличского (иконы из собрания П. Д. Корина и ЦАК МДА). Довольно редкий пример поясного варианта - образ с детализированным изображением доспехов, напоминающим памятники палеологовского и поствизантийского периодов (2-я половина XVI в., ГТГ). Изображения св. Димитрия-воина включались в состав минейных циклов, например, изображение вместе со св. великомучеником Георгием на иконе-таблетке из Рождественского собора в Суздале (2-я половина XVI в., ГВСМЗ), вероятно восходящее к утраченной таблетке из комплекта новгородского Софийского собора конца XV в. В XVI в. распространился обычай размещать фигуры свв. Димитрия и Георгия - воинов на створках киотов резных изображений святителя Николая (Николы Можайского): к числу этих произведений относятся створки из с. Едома Архангельской области (АМИИ) и собрания С. П. Рябушинского (ГТГ) и створка с фронтальным изображением св. Димитрия (ГТГ).

К XVI в. изображения св. Димитрия-воина стали неотъемлемой частью декора столпов русских храмов, где размещались фигуры и других воинов, составлявшие комплексы изображений, родственные регистрам с воинами в нижней части стен византийских храмов. Изображения св. Димитрия Солунского сохранились в росписи Рождественского собора Ферапонтова монастыря (1502), Благовещенского собора в Москве (1547-1551, возможно, повторение росписи 1508; рядом со св. Димитрием - св. великомученик Георгий), собора Спасского монастыря в Ярославле (1563-1564), собора Успенского монастыря в Свияжске (рубеж XVI и XVII вв.), а также многочисленных церквей XVII в. (например, росписи церкви Илии-пророка в Ярославле, 1680). Возможно, св. Димитрий-воин (в шлеме) с Георгием, Борисом и Глебом, выступающие вместе с новгородцами против суздальского войска, представлены в нижнем регистре иконы «Чудо от иконы Богоматери Знамение» 2-й половины XV в. (НГОМЗ). Также (с ангельским воинством, Георгием, Борисом и Глебом) он изображен на посвященных Куликовской битве миниатюрах из Остермановского (II) тома Лицевого летописного свода 70-х гг. XVI в. (БАН, 31.7.30. Л. 95, 95 об., 96). Св. Димитрий со св. великомучеником Георгием, возлагающим руку на его плечо, представлены во главе нижней группы конных воинов на иконе «Благословенно воинство Небесного Царя» (середина XVI в., ГТГ). Подобное восприятие св. Димитрия как члена сонма небесных воинов привело к включению его фигуры в группу мучеников и князей, представленных на двух парных иконах из Каргополя (конец XVI в., ВГИАХМЗ).

В XVI в. получили распространение более сложные варианты единоличного изображения св. Димитрия (возможно, начало этого процесса относится к XV в.). Один из них - близкая к поствизантийским произведениям композиция со святым, восседающим на престоле. На среднерусской (?) житийной иконе из новгородской Борисоглебской церкви в Плотниках (начало XVI в., НГОМЗ) св. Димитрий изображен попирающим скорпиона. На новгородской житийной иконе середины XVI в. из старообрядческого Покровского собора при Рогожском кладбище в Москве он попирает зверя (льва?), кусающего его за ногу; сходное изображение известно по прориси из собрания М. В. Тюлина. Этот иконографический тип, отразившийся и в изображениях других святых (например, св. великомученика Никиты), мог иметь универсальное значение, соотносясь со словами Псалтири: «На аспида и василиска наступиши, и попереши льва и змия» (Пс 90. 13).

Появление на Руси изображений «Чуда о царе Калояне», видимо, было обусловлено распространением житийных икон святого. Кроме того, в 1466 г. на внутренней стороне Фроловских (Спасских) ворот Московского Кремля была установлена каменная статуя св. Димитрия (ПСРЛ. Т. 23. М., 2004. С. 158), очевидно, напоминавшая исполненную в 1464 г. для этих же ворот скульптурную композицию «Чудо великомученика Георгия о змие». На житийных иконах конца XV-XVI в. (например, икона из с. Гуменец, Ростовский музей; икона из Борисоглебской церкви Новгорода, НГОМЗ) одно из клейм посвящено гибели царя Калояна. С 1-й половины XVI в. эта сцена часто занимает средник житийной иконы св. Димитрия, как, например, на одной из самых ранних русских икон на этот сюжет (1-я половина XVI в., НИАМЗ). В этом произведении уже присутствуют характерные черты русской иконографии сюжета: в отличие от балканских произведений, царь представлен на коне, в царском венце на голове, св. Димитрий восседает на черном коне, к нему подлетает ангел с мученическим венцом. Эта иконография, сформировавшаяся и распространившаяся под воздействием аналогичных изображений «Чуда великомученика Георгия о змие», встречается как в средниках житийных образов, так и на отдельных иконах (иконы 1-й половины XVI в. из деревни Вахонькино Кадуйского района Вологодской области, ЧерМО; конец XVI в. из Музея икон в Рекклингхаузене; 2-й половина XVI в. из собрания А. В. Морозова; 1-й половина XVII в. из церкви Новинской женской тюрьмы; начало XVII в. из собрания С. П. Рябушинского - все в ГТГ; середина XVII в. из Свято-Духовской церкви в Каргополе, КИАМЗ; житийный образ конца XVI в. из церкви Казанской иконы Божией Матери в Калуге, Калужский художественный музей); пример сопоставления сцен «Чудо великомученика Димитрия» и «Чудо великомученика Георгия о змие» - житийная икона рубежа XVI и XVII вв. из церкви св. великомученика Георгия на Площадке в Костроме (ГТГ), где сцена со св. Димитрием помещена в левом верхнем углу средника. Уже с XVI в. встречаются случаи непонимания или переосмысления сюжета: Калоян может именоваться царем Максимианом (икона конца XVI в. из частного собрания в Скандинавии; см.: Kjellin H. Ryska ikoner i Svensk och Norsk ägo. Stockholm, 1956. Ill. 174), «богатырем Люем», то есть Лием (икона конца XVI в. из Кирилло-Танищевской церкви Кадуйского района, ЧерМО), «царем Люем» (икона XVII в., там же) и даже Мамаем (икона XVIII в., МСПЦ) в память о победе русских войск во главе с князем Димитрием Донским (соименным святому) над татарами в битве на Куликовом поле (1380). Вероятно, заказчики и создатели многих русских икон св. Димитрия не помнили о чудесном избавлении Фессалоники от царя Калояна и воспринимали сюжет как изображение события из русской истории или как сцену, свидетельствующую о торжестве святого над силами зла в лице императора и гладиатора-язычника или татарского военачальника.

Уже в XVI в. в сцене с Калояном, входящей в состав житийных циклов св. Димитрия (клеймо иконы из НГОМЗ, клеймо на окладе иконы 1586 из Ипатьевского монастыря, ГИМ), встречается условное изображение Фессалоники, которое на рубеже XVI-XVII вв., обогатившись многочисленными деталями, стало частым атрибутом отдельных композиций (икона рубежа XVI и XVII вв. из Димитриевской церкви с. Сабурова Московской области, ЦМиАР; средник строгановской житийной иконы 1609, ГТГ,- изображение города и народа; средник иконы середины XVII в. из с. Селецкого Медвежьегорского района в Карелии (МИИРК), где за стенами города изображена царица (?) со служанкой). Очевидно, этот вариант иконографии отражает стремление уподобить образ св. Димитрия иконам св. великомученика Георгия.

В искусстве XVII - начала XVIII в. сохранились основные варианты иконографии св. Димитрия, но наибольшей популярностью пользовался образ воина, иногда дополняемый необычными деталями. На иконе конца XVII в. из села Тимощелья Мезенского района (АМИИ) св. Димитрий показан со щитом, на котором представлен двуглавый орел, у ног святого - горящие свечи; на ярославской иконе рубежа XVII и XVIII вв. из частного собрания (Святые образы: Русские иконы XV-XX вв. из частных собраний / Автор-составитель: И. Тарноградский; автор статей: И. Л. Бусева-Давыдова. М., 2006. Кат. 44) в традиционную иконографию добавлены орнаментированные доспехи, трактованные в европейском духе, и знамя в левой руке святого; у его ног лежат щит, ножны, саадак; фоном служит тщательно разработанный пейзаж с обильной растительностью, многочисленными сооружениями, зверями и птицами (близкое, но менее насыщенное подробностями изображение - в среднике житийной иконы начала XVIII в. из собрания М. Е. Елизаветина). Изображение пейзажа и доспехов у ног святого встречается также в появившихся в середине- 2-й половине XVII в. изображениях святого в молении (иконы 3-й четверти XVII в. из старообрядческого Покровского собора при Рогожском кладбище в Москве; около 1700 г. из московского Златоустовского монастыря, ГТГ; в среднике житийной иконы 1725 г. письма И. Кондакова из Димитриевской церкви в Дымковской слободе близ Великого Устюга, ВУИАХМЗ - в двух последних случаях на заднем плане - город (Фессалоника?)). Редкий пример переосмысления древней фессалоникийской традиции изготовления реликвариев и ампул для мира св. Димитрия - серебряный ковчег конца XVII в. из Благовещенского собора Московского Кремля (ГММК) с изображением св. Димитрия на лицевой стороне и сценой исцеления от его мироточивых мощей - на обороте.

Тенденция к уподоблению сцены «Чудо великомученика Димитрия о Калояне» иконографии «Чуда великомученика Георгия о змие» в искусстве XVII-XVIII вв. получила дополнительное развитие. В эту эпоху сцена чуда с изображением Фессалоники часто дополняется заимствованным из житийной иконографии св. Димитрия сюжетом с двумя пленными девушками из Фессалоники, которые по требованию вражеского воеводы вышили образ св. Димитрия и были чудесно возвращены святым в родной город. Изображение дев с шитым образом и ангелом (перед городом или внутри него), напоминающее изображение спасенной царевны из сцены «Чудо великомученика Георгия», известно по двум прорисям с икон XVII в. из собрания М. В. Тюлина, прориси конца XVII в. из собрания С. Т. Большакова (ГИМ), иконам начала XVIII в. (ГМИР) и рубежа XVIII и XIX вв. из собрания банка «Интеза» (Палаццо Леони Монтанари в Виченце, Италия) и др. В ту же эпоху появились и в целом не типичные для русской традиции произведения с совмещенными в одной композиции изображениями «Чудо великомученика Димитрия о Калояне» и «Чудо великомученика Георгия о змие» (прорись рубежа XVII и XVIII вв., ГИМ; икона начала XVIII в., ранее считавшаяся произведением Никиты Павловца, ГТГ; клеймо иконы «Рождество Христово с праздниками и избранными святыми» начала XVIII в., КГОИАМЗ). В некоторые памятники этой группы включено изображение на сюжет чуда о двух девицах с шитым образом св. Димитрия.

В официальном религиозном искусстве XVIII-XIX вв. образ св. Димитрия, видимо, был вытеснен образом более почитавшегося в эту эпоху св. великомученика Георгия. Вместе с тем изображения св. Димитрия встречаются в поздних храмовых росписях, на минейных иконах и гравированных минейных листах; известно несколько разновидностей гравюр XVIII-XIX вв. с поясным, ростовым и конным образами святого. Достаточно распространены были и иконы «Чудо великомученика Димитрия о Калояне» (иконы конца XVIII в. из частного собрания (где побежденный царь назван Мамаем), 2-й половины XIX в. из Елагинского дворца-музея в Санкт-Петербурге, 2-й половины XIX в. из собрания Е. В. Ройзмана - обе с чудом о двух девицах, 1901, ГМИР,- девицы держат образ не св. Димитрия, а Спаса Нерукотворного). Изображения св. Димитрия как соименного святого, целителя-мироточца, избавителя из темниц или покровителя воинов встречаются на многих иконах избранных святых, в том числе связанных со старообрядческой средой (икона «Святые Георгий, Димитрий и Никита», около 1822 г., выполненная в традициях XVII в., собрание банка «Интеза»; «Богоматерь Всех скорбящих Радость с избранными святыми на полях», начало XIX в., написана в невьянской мастерской Богатырёвых, ЕМИИ; икона 1914 г., написана по заказу ратников А. Боровкова и Т. Комарова, там же). Ростовые изображения св. Димитрия и св. великомученика Георгия в молении Спасителю помещены на иконе 1784 г. из Солигаличского района (КГОИАМЗ). Редкий вариант иконографии св. Димитрия - в 3/4-ном повороте, в одеждах мученика и с копьем - представлен иконой-краснушкой (2-я половина XIX в., СОКМ). Выразительные примеры трактовки образа св. Димитрия в стиле искусства барокко на иконах «Избранные святые» письма Дмитрия Молчанова (1734, частное собрание), «Великомученик Димитрий и преподобная Мария» письма И. Иванова из московской церкви во имя Пимена Великого в Новых Воротниках (1743, ЦМиАР); «Святитель Димитрий Ростовский, сеющий семена благочестия» (50-е гг. XVIII в., частное собрание) - святой представлен как небесный покровитель митрополита Ростовского Димитрия. Изображения св. Димитрия, выполненные на рубеже XIX и XX вв. под воздействием академического искусства, сохранились в монастырях Афона (возможно, созданы в мастерской русского монастыря св. великомученика Пантелеимона). В начале XX в. В. Д. Фартусов рекомендовал изображать св. Димитрия так: «Типа греческого, молод, по сказанию жития муж, а потому следует писать его с бородой, хотя и небольшой; телосложением видный, лицо умное и худощавое от поста и воздержания; одежда воинская, через плечо широкая лента и красный богатый плащ, по латам дорогой пояс. Как храброму воину, следует давать в одну руку меч, а в другую хартию с его изречениями…» (Фартусов. Руководство к писанию икон. С. 57).

Житийные циклы в русском искусстве

Хотя сцены Жития св. Димитрия могли быть включены в состав стенописей домонгольских храмов во имя святого (Димитриевский монастырь в Киеве, Димитриевский собор во Владимире), древнейшие сохранившиеся русские циклы относятся лишь к концу XV-XVI в. и представляют собой житийные иконы. Очевидно, в развитии житийной иконографии святого на Руси особую роль сыграл цикл на полях драгоценного оклада, созданного на рубеже XIV и XV вв., при митрополите Киприане, для древней иконы св. Димитрия из Димитриевского собора во Владимире (от оклада, утраченного в 1812, сохранился сканый венец; о существовании житийных сцен сообщают описи Успенского собора и архидиакон Павел Алеппский). О том, как выглядел оклад рубежа XIV и XV вв., можно судить по серебряному окладу 1586 г. на иконе-списке образа из Владимира, заказанной Д. И. Годуновым для костромского Ипатьевского монастыря (ГИМ; см. об этом: Постникова-Лосева. 1969. С. 233-242). Житийный цикл на иконе из Костромы состоит из 15 сцен (16-е клеймо - помещенный в центре нижнего поля образ св. Димитрий в рост) и основывается на тексте Жития и описаниях посмертных чудес в древнейших собраниях чудес, зафиксированных в более позднее время. Это клейма, посвященные назначению святого правителем Фессалоники, его проповеди и заключению в темницу, истории св. мученика Нестора и Лия (4 клейма, в том числе два со сценой борьбы), смерти и погребению св. Димитрия. Посмертные чудеса - явление Иллюстрию ангелов и св. Димитрия, отказывающегося покинуть осажденный город, чудо с Калояном, избавление Фессалоники от аваров и славян (изображение конного св. Димитрия, прогоняющего врагов от стен города), исцеление расслабленного эпарха Леонтия и избавление из плена двух девиц, вышивших образ св. Димитрия (последний сюжет, неизвестный византийской и поствизантийской иконографии, стал отличительной чертой русских циклов Жития). Необычайно подробный цикл, по количеству сцен превосходящий цикл середины XIV в. в росписях монастыря Дечаны, вероятно, стал основой для более поздних русских житийных икон, близких не только по составу, но и по иконографии некоторых сцен, явно восходящих к общему источнику. Таковы иконы: рубежа XV и XVI вв. (ГМЗРК) с 14 клеймами (по сравнению с окладом кремлевской и костромской икон отсутствуют сцены с двумя девицами и исцелением эпарха, но появляется изображение эпарха Леонтия, чудесно переправляющегося через Дунай с реликвиями святого); из новгородской Борисоглебской церкви в Плотниках (начало XVI в., НГОМЗ) - с 14 клеймами (по составу цикл идентичен ростовскому, но вместо переправы Леонтия через Дунай показано его исцеление); из собрания Г. М. Прянишникова в Городце (1-я половина XVI в., НИАМЗ) - с 14 клеймами (изображение чуда с Калояном перемещено в средник, отсутствует сцена проповеди святого, включены обе сцены с эпархом и чудо с двумя девицами; в сцене приведения св. Димитрия в темницу сохранилось изображение скорпиона, отсутствующее или утраченное на других иконах). Отличительной чертой близкого по составу предыдущим произведениям цикла из 16 сцен на новгородской иконе середины XVI в. из старообрядческого Покровского собора при Рогожском кладбище служит изображение бичевания святого. К той же традиции принадлежит икона с 12 клеймами из Введенской церкви села Лохта Тарногского района Вологодской области (Тотемское музейное объединение), отличительной чертой которой служит изображение св. Димитрия, победившего молитвой скорпиона. Подобные циклы были известны и в западноукраинском искусстве (икона с 10 клеймами конца XV в. из села Ладомирова, Шаришский музей в Бардеёве, Словакия); под воздействием житийной иконографии св. великомученика Георгия была создана икона XVI в. из села Флоринка (Национальный музей, Львов) с 9 сценами, среди которых  - рождение святого, низвержение идолов, бичевание жилами у столпа и истязание свечами.

Для русской иконописи XVII в. характерно расширение житийного цикла за счет подробного изображения эпизодов и включения всех ранее известных сцен: на иконе 1609 г. (ГТГ) - 24 клейма, в том числе впервые появившиеся сцены обретения тела св. Димитрия Луппом и казни Луппа; на иконе середины XVII в. из села Селецкого (МИИРК) помещено 20 клейм, среди которых примечательны сцены раздачи милостыни, бичевания святого и изображение св. Димитрия в темнице, побеждающего чудовище в виде льва, очевидно заменившее скорпиона. Однако и эти циклы по составу и иконографии в значительной мере опираются на памятники конца XV - 1-й половины XVI в. Житийные циклы содержат также иконы конца XVII в. из Димитриевской церкви в Старой Ладоге (известна по фотографии 1912) с 24 клеймами и 1692 г. из села Гуменец (ГМЗРК) с 16 клеймами.

Существенное обновление русских житийных циклов св. Димитрия, по наблюдению Э. С. Смирновой, относится к рубежу XVII и XVIII вв. Оно стало возможным благодаря появлению новой редакции Жития святого, включенной в Четьи-Минеи святителя Димитрия Ростовского, возможно, воздействию поствизантийской традиции, а также общим для этой эпохи тенденциям, отразившимся, например, в житийной иконографии святых Бориса и Глеба. Ряд циклов начала XVIII в. (иконы из собрания Елизаветина, 1-я четверть XVIII в., из Галича, КГОИАМЗ, и 1725 г. письма Кондакова из Великого Устюга) начинается сценами рождения и крещения святого; кроме этих типовых композиций в них (за исключением иконы из Галича) включено изображение родителей св. Димитрия, научающих его поклоняться иконам Христа и Божией Матери (сцена рождения также включена в краткий цикл при ростовом изображении св. Димитрия начала XVIII в. в росписи галереи ярославской церкви св. Иоанна Предтечи в Толчкове). На иконе 1725 г. цикл дополнен не встречавшимися ранее сценами избавления Фессалоники от голода и епископа Киприана от варваров. Другие редкие для русской традиции посмертные чудеса святого (явление огня у гробницы св. Димитрия, когда посланцы императора Юстиниана пытались увезти часть мощей в Константинополь, и обличение юноши, кравшего свечи у гроба св. Димитрия) присутствуют на иконе начала XVIII в. из деревни Вакомино Верховажского района Вологодской области (ГЭ). Немногочисленные житийные циклы св. Димитрия в монументальной живописи (роспись Димитриевской церкви в Ярославле, 80-е гг. XVII в., и Никольской церкви в селе Сидоровском близ Нерехты, 2-я четверть XVIII в.) пока не опубликованы и не изучены. В церковном искусстве 2-й половины XVIII-XIX в. циклы жития святого практически не встречаются.

В современном церковном искусстве балканских стран и России используются традиционные типы иконографии святого, в основном заимствованные из памятников XIV-XVI вв. Значительное число изображений св. Димитрия, выполненных в технике иконописи, фрески и мозаики (в том числе житийные сцены), входят в состав современного убранства базилики св. Димитрия в Фессалонике.

А. С. Преображенский

По материалам http://www.pravenc.ru/text/178231.html

4 октября-День Рождения иерея Игоря Андрущенко

4 октября День Рождения настоятеля храма во имя святого великомученика Димитрия Солунского иерея Игоря Андрущенко. Храни Вас Господь на многая и благая лета !!! С Днём Рождения!!


4 октября-День Рождения иерея Игоря Андрущенко
4 октября-День Рождения иерея Игоря Андрущенко
2 октября-День Тезоименитства иерея Игоря Андрущенко
2 октября-День Тезоименитства иерея Игоря Андрущенко
В КОНТЕКСТЕ. Эфир от 6.12.2016 (Андрющенко)
В КОНТЕКСТЕ. Эфир от 6.12.2016 (Андрющенко)
Проповедь на месте будущего храма  Воинская горка 1 ноября 2015 г
Проповедь на месте будущего храма Воинская горка 1 ноября 2015 г
Началось оказание помощи ветеранам г. Севастополя
Началось оказание помощи ветеранам г. Севастополя

рейд милосердия
рейд милосердия
Ветераны Балаклавы. июнь 2015
Ветераны Балаклавы. июнь 2015
Колокольный звон в храме св. великомученика Димитрия Солунского, г. Севастополь
Колокольный звон в храме св. великомученика Димитрия Солунского, г. Севастополь
21 04 15 ДОРОГА К ПАМЯТИ
21 04 15 ДОРОГА К ПАМЯТИ
1 й Cевастопольский о строительстве богадельни.
1 й Cевастопольский о строительстве богадельни.

Красота гуслей. В гостях у севастопольских приходов побывали гуслисты
Красота гуслей. В гостях у севастопольских приходов побывали гуслисты
Слава вернувшим Крым!НТС 21 05 2014г
Слава вернувшим Крым!НТС 21 05 2014г
Рождественский спектакль
Рождественский спектакль
Освящение и подъём купольного креста
Освящение и подъём купольного креста
Десница Св. великомученика Димитрия Солунского в Севастополе
Десница Св. великомученика Димитрия Солунского в Севастополе

И зазвенят колокола... Седмица № 390
И зазвенят колокола... Седмица № 390
Обеды для бездомных. Седмица №363
Обеды для бездомных. Седмица №363
 

Наши видеоновости

Православный календарь

ПОЛЕЗНЫЕ ССЫЛКИ

Симферопольская и Крымская Епархия УПЦ / crimea-eparhia.ru

Популярное

Сестры милосердия во время Крымской войны 1854-1856 годов

Дата публикации: 24.01.2014
Просмотров: 4288

В 1853 году началась русско-турецкая война. Поначалу она воспринималась русской патриотической общественностью как война за веру, за освобождение святынь Палестины и Константинополя от мусульманского ...

ПОДРОБНЕЕ

История и развитие сестринского дела

Дата публикации: 24.01.2014
Просмотров: 3818

Исторических сведений о женской медицинской деятельности на Руси очень мало. Известно, что огромную роль по уходу за больными оказывали в православных монастырях, где создавались богадельни для прокаж...

ПОДРОБНЕЕ

Хронология

Дата публикации: 29.12.2013
Просмотров: 3527

  Приход в честь св. великомученика Димитрия Солунского только начинает своё существование (официальным днём его рождения можно назвать день получения иереем Евгением Решетковым указа на настоятель...

ПОДРОБНЕЕ

Екатерина Михайловна Бакунина - знаменитая русская сестра милосердия

Дата публикации: 25.01.2014
Просмотров: 3119

Екатерина Михайловна Бакунина (19 (31) августа 1810 или 1811, Санкт-Петербург — 1894, село Козицино, Новоторжский уезд, Тверская губерния) — знаменитая сестра милосердия, героиня двух войн XIX века. ...

ПОДРОБНЕЕ

Строительство храма св. великомученика Димитрия Солунского

Дата публикации: 29.12.2013
Просмотров: 3082

Строительство храма св. великомученика Димитрия Солунского началось 13 мая 2011 года. В настоящее время на средства прихожан и благотворителей уже возведено 2-х этажное здание с молельным и подсобным ...

ПОДРОБНЕЕ
Go to Top